играть, и играть, и играть.
   Я уныло поплелся по коридору, заглянул к себе в комнату и спросил Нага,
  не хочет ли он пообедать пораньше с кухонной бригадой. Он только покачал
  головой, а потом кивнул мне, так и не подняв головы от учебника истории.
  Когда начинаются разговоры об активности студентов в шестидесятых, я
  вынужден напоминать себе, что в большинстве ребята прожили этот сумасшедший
  период, как Нат эту минуту. Они не поднимали головы и не отрывали взгляда от
  своих учебников по истории, пока повсюду вокруг них история творилась вживе.
  И не то чтобы Нат был полностью отрешен или полностью проводил свое время в
  книгохранилищах далеко в стороне. Ну, вы узнаете.
   Я пошел к Дворцу Прерий, задергивая молнию куртки, потому что заметно
  похолодало. Было четверть пятого. Столовая официально открывалась после
  пяти, так что дорожки, которые сливались в Этап Беннета, были практически
  безлюдны. Однако Стоук Джонс стоял там на костылях, угрюмо уставившись на
  что-то. Увидев его, я не удивился: если вы страдали каким-нибудь физическим
  недостатком, то имели право питаться на час раньше остальных студентов.
  Насколько помню, это была единственная привилегия, предоставлявшаяся
  физически неполноценным. Если вы физически подкачали, то должны были
  питаться с кухонной командой. Следок воробья у него на спине был в
  предвечернем свете очень четким и очень черным.
   Приблизясь, я увидел, что он смотрит на "Введение в социологию".