, как все это
  перемешалось у меня в памяти? Это была Атлантида - вот единственное, что я
  знаю наверняка, - в самой глубине, на дне океана. Картонная семья горела,
  протестующие хиппи декламировали нараспев: "Напалм! Напалм! Дерьмо с небес!"
  в такт своей пляски и вскоре начали швырять - сначала яйца, потом камни.
   Но в тот вечер осенью 1966 года не картонная семья заставила Кэрол
  залиться смехом, а непристойный человечек-колбаска, стоящий на Маттергорне
  из запеченной фасоли холиоукской столовой. Из надлежащего места лихо торчал
  ершик для чистки трубок, Ъ руке у него был флажок Университета штата Мэн, на
  голове - клочок голубого платка, сложенный в подобие шапочки первокурсника.
  На подносе перед ним красовался призыв, тщательно выложенный хлебными
  крошками:
   "ЕШЬТЕ БОЛЬШЕ МЭНСКОЙ ФАСОЛИ!"
   Во время моего дежурства в посудомойной Дворца конвейер доставлял немало
  съедобных художественных произведений, но, по-моему, это был неоспоримый
  шедевр из шедевров. Стоук Джонс, несомненно, назвал бы его пустой тратой
  времени, но, мне кажется, тут он ошибся бы. Все, что способно заставить вас
  смеяться тридцать лет спустя, - не пустая трата времени. По-моему, это
  что-то очень близкое к бессмертию.
  
  Глава 10
  
   Я отметил уход, спустился по пандусу за кухней с последним пакетом мусора
  и бросил его в один из четырех мусоросборников, которые выстроились в ряд
  позади столовой, точно четыре куцых товарных вагона из стали.
   Обернувшись, я увидел, что