.
   Я засмеялся. Она была очень догадлива.
   - Я ведь в том же положении. Если напортачим, то почему бы нам не
  устроить двойное самоубийство? Нырнем в Пеобскот, и прощай жестокий мир.
   - А вообще-то, что девочка из Коннектикута делает в Университете Мэна? -
  спросил я.
   - Ответить не так просто. И если ты вздумаешь пригласить меня еще раз
  куда-нибудь, учти, ты для меня дедушка. Собственно восемнадцать мне будет
  только в ноябре. Я перескочила седьмой класс. В том году мои родители
  развелись, и мне было очень скверно. Оставалось либо заниматься с утра до
  вечера, либо стать одной из харвичских старшеклассниц не уличном углу. Тех,
  которые получают высшие баллы за французские поцелуи и обычно беременеют в
  шестнадцать лет. Ты представляешь, о ком я?
   - Само собой.
   В Гейтсе вы видели их хихикающие стайки перед "Фонтаном Фрэнка" или
  "Сладкими Сливками" в ожидании появления мальчиков в их повидавших виды
  "фордах" и "плимутах-хеми" - скоростных машинах со щитками и налепленными на
  задние стекла надписями "ФРАМ" и "КВАКЕРСКИЙ ШТАТ" - или же
  могли видеть этих девочек уже женщинами в другом конце Главной улицы на
  десять лет старше, на сорок фунтов тяжелее за пивом и виски в "Таверне
  Чука".
   - И я занималась с утра до вечера. Мой отец служил во флоте. Был уволен
  по инвалидности и переехал сюда, в Мэн.., в Дамарискотту, дальше по
  побережью.
   Я кивнул, вспоминая жениха Дианы Рени - того, что сказал: "Так держать!"
  и