с северным оленем.
  Свитера с северными оленями были специальностью Эннмари (как и медленные
  поглаживания). Она вложила свою фотографию в короткой юбке. Но, глядя на
  фотографию, я почувствовал себя не возбужденным, а усталым, виноватым и
  принуждаемым к чему-то. Кэрол тоже меня как будто принуждала. Мне хотелось
  пощупать ее и только, а не менять всю мою хренову жизнь. Да и ее жизнь, если
  на то пошло. Но она мне нравилась, правда нравилась. И очень. И эта ее
  улыбка, и остроумие. "Все лучше и лучше, - сказала она, - мы обмениваемся
  информацией как одержимые".
   Примерно через неделю я вернулся из Холиуока, где работал с ней на
  конвейере в обеденную смену, и увидел, что по коридору третьего этажа
  медленно идет Фрэнк Стюарт, вяло держа в руках чемодан. Фрэнк был с запада
  Мэна, из одного из тех городков, которые практически состоят сплошь из
  деревьев, и его произношение выдавало в нем потомственного янки. В "черви"
  он играл так-сяк, обычно оставаясь вторым или еле-еле третьим, когда
  кто-нибудь еще набирал сто очков, но он был очень симпатичным парнем. Всегда
  улыбался - во всяком случае, до этого дня, когда я встретил его, бредущего к
  лестнице с чемоданом.
   - Меняешь комнату, Фрэнк? - спросил я, хотя, по-моему, уже сам понял все.
  Его лицо - такое серьезное, бледное, унылое.
   Он покачал головой.
   - Еду домой. Получил письмо от матери. Она пишет, что на большом озерном
  курорте, совсем близко от нас, нужен сторож. Я ответил: