начали занятия
  на нашем этаже Чемберлена (тридцать три, если присчитать Душку.., но он
  оказался недоступен чарам "червей"), к началу весеннего семестра осталось
  только пятнадцать. Из этого вовсе не следует, что восемнадцать ушедших все
  были дураками, вовсе нет. Собственно говоря, самыми умными на третьем этаже
  Чемберлена осенью 1966 года были, вероятно, те, кто перевелся оттуда до
  того, как исключение стало реальностью. Стив Огг и Джек Фрейд, занимавшие
  комнату сразу за моей с Натом, перебрались в Чэдбурн в первую неделю ноября,
  сославшись в их общем заявлении на "отвлечения". Когда секретарь отдела,
  заведовавшего общежитиями, спросил, что это были за отвлечения, они
  ответили; обычные - веселье всю ночь напролет, ловушки с зубной пастой в
  туалете, натянутые отношения с парой соседей. Потом, будто припомнив, оба
  добавили, что, пожалуй, слишком долго засиживались за картами в гостиной.
  Они слышали, что обстановка в Чэде поспокойней, его ведь считают одним из
  двух-трех "общежитии умников".
   Вопрос секретаря они предвидели, ответ был отрепетирован тщательнее
  любого устного доклада на занятиях риторикой. Ни Стив, ни Джек не хотели,
  чтобы почти бесконечная игра в "черви" была прекращена. Ведь это навлекло бы
  на них всякие неприятности со стороны тех, кто верит, что нечего совать нос
  в чужие дела. Они хотели, хрен, только одного: выбраться из Чемберлена, пока
  еще оставалось время спасти свои стипендии,
  
  Глава 16
  
   Проваленные