рковным ежиком.
   - Он уехал с матерью в другой город. Некоторое время мы переписывались, а
  потом перестали. Ну, ты знаешь, как это бывает в детстве.
   - Хорошая перчатка.
   На лице Кэрол все еще улыбка. Я видел, как на се глаза навернулись слезы,
  пока мы разглядывали снимок.., но все еще улыбка. В белом свете
  флюоресцентных плафонов столовой се слезы казались серебряными. Слезы
  принцессы из волшебной сказки.
   - Самое большое сокровище Бобби. Вроде бы есть бейсболист Алвин Дарк,
  верно?
   - Был.
   - Перчатка Бобби была его модели. Алвина Дарка.
   - А моя - Теда Уильямса. Мама, по-моему, сбыла ее на распродаже пару лет
  назад.
   - Перчатку Бобби украли, - сказала Кэрол. Не знаю, помнила ли она, что я
  все еще сижу рядом. Она продолжала прикасаться кончиком пальца к узкому,
  чуть нахмуренному лицу. Будто она вернулась в свое прошлое. Я слышал, что
  гипнотизеры добиваются подобного с восприимчивыми пациентами. - Ее присвоил
  Уилли.
   - Уилли?
   - Уилли Ширмен. Я увидела год спустя, как он играл в ней на поле
  Стерлинг-Хауса. Я была жутко зла. Тогда мама и папа все время собачились,
  видимо, дело уже шло к разводу, и я была жутко зла. Зла на них, на мою
  математичку, зла на весь мир. Я все еще боялась Уилли, но зла на него была
  еще больше... А кроме того, в тот день я была не в себе. Подошла прямо к
  нему, сказала, что это перчатка Бобби и он должен отдать ее мне. Сказала,
  что знаю адрес Бобби в Массачусетсе и отошлю ее