ак я дам тебе информацию, нужна она тебе или нет. Идет? Ты разбиваешь мне
  сердце. Вот тебе ИНФОРМАЦИЯ. Ты разбиваешь мое дерьмовое сердце.
   - Да нет, - сказала она. - Сердца же очень крепки. Пит. Чаще всего они не
  разбиваются. Чаще всего они только чуть проминаются.
   Ну да, да! А Конфуций говорит, что женщина, которая летает вверх
  тормашками, приземляется головой. Я заплакал. Самую чуточку. Но это были
  слезы, никуда не денешься. Главным образом, полагаю, потому что я был
  захвачен врасплох. И ладно! Может, я плакал и из-за себя. Потому что был
  напуган. Я проваливал - или был под угрозой провалить - все зачеты, кроме
  одного, один из моих приятелей намеревался нажать на кнопку "ВЫБРОС", а я
  никак не мог бросить играть в карты. Когда я раньше думал об университете,
  мне все представлялось совсем иначе, и я был в полном ужасе.
   - Я не хочу, чтобы ты уезжала, - сказал я. - Я люблю тебя. - Тут я
  попытался улыбнуться. - Немножко добавочной информации, хорошо?
   Она посмотрела на меня с выражением, которого я не понял, потом опустила
  стекло со своей стороны и выбросила сигарету на асфальт. Подняла стекло и
  протянула ко мне руку.
   - Иди сюда.
   Я сунул свою сигарету в битком набитую пепельницу и скользнул по сиденью
  к ней. В се объятия. Она поцеловала меня и посмотрела мне в глаза.
   - Может быть, ты любишь меня, может быть, нет. Я ни за что не стану
  отговаривать тебя меня любить, это я могу тебе сказать - ведь любви вокруг
  так