ез особой радости принудил себя подойти к телефону и
  позвонить Эннмари Сьюси. Через час она приехала в отцовском "пикапе" -
  улыбка, падающие на плечи волосы, пылающие помадой губы. Улыбка скоро
  исчезла, как вы, возможно, сами сообразили, и через пятнадцать минут после
  того, как Эннмари вошла в дом, она ушла из него и из моей жизни. Покедова,
  беби, пиши. Примерно в один месяц с "Вудстоком" она вышла замуж за страхового агента из Льюистона и стала
  Эннмари Джалберт. У них трое детей, и они все еще состоят в браке. Пожалуй,
  неплохо, ведь так? А если и нет, то вы все-таки должны признать, что это
  чертовски по-американски.
   Я стоял у окна над мойкой и смотрел, как габаритные фонари "пикапа"
  мистера Сьюси удаляются по улице. Мне было стыдно за себя - черт, как
  расширились ее глаза. Как улыбка сползла с губ и они задрожали! - но, кроме
  того, я чувствовал себя говенно счастливым, омерзительно ликующим. Мне было
  так легко, что я готов был протанцевать вверх по стене и по потолку,
  наподобие Фреда Астера.
   Позади меня послышались шаркающие шаги. Я обернулся и увидел отца - он
  шел своей черепашьей походкой, волоча по линолеуму ноги в шлепанцах. Он шел,
  выставив перед собой одну руку. Кожа на ней начала походить на большую,
  почти сваливающуюся перчатку.
   - Я, кажется, слышал сейчас, как юная барышня назвала юного джентльмена
  занюханным мудаком? - спросил он мягким голосом, будто для препровождения
  времени.
   - Ну-у..,