а. - Я переступил с ноги на ногу. - Может, и слышал.
   Он открыл холодильник, пошарил и достал кувшин с красным чаем. Он пил его
  без сахара. Я как-то тоже выпил этот чай в чистом виде и могу сказать вам,
  что у него почти нет вкуса. Согласно моей теории, отец всегда доставал
  красный чай, потому что он был в холодильнике самым ярким, и отец всегда
  знал, что именно он достает.
   - Дочка Сьюси, верно?
   - Да, пап, Эннмари.
   - У всех Сьюси скверный норов. Пит. Она и дверью хлопнула, верно?
   Я улыбнулся. Не мог удержаться от улыбки. Просто чудо, что из двери не
  вылетело стекло.
   - Вроде бы хлопнула.
   - Сменил ее в колледже на модель поновее, а? Сложный вопрос. Простым
  ответом - и в конечном счете, возможно, наиболее правдивым было бы "да нет".
  Я так и ответил.
   Он кивнул, достал самый большой стакан из шкафчика рядом с холодильником,
  и мне показалось, что он вот-вот прольет чай на сервант и себе на ноги.
   - Дай я налью, - сказал я. - Ладно?
   Он не ответил, однако посторонился и позволил мне налить чай. Я вложил
  ему в руку на три четверти полный стакан, а кувшин убрал назад в
  холодильник.
   - Хороший чай, пап?
   Молчание. Он стоял, держа стакан обеими руками, точно маленький ребенок,
  и пил крохотными глоточками. Я подождал. Решил, что он не ответит, и взял из
  угла мой чемодан. Учебники я положил поверх одежды и теперь достал их.
   - Будешь заниматься в первый вечер каникул? - сказал отец, заставив меня
  вздрогнуть: я почти забыл