алось, он не заметил нашего появления, но когда я встал на колени с
  одного его бока, а Скип с другого, он начал отпихивать нас руками. Ему в рот
  затекла вода, и он, казалось, забился в судорогах. Он тонул у нас на глазах.
  Больше меня не тянуло смеяться, но с тем же успехом я мог бы и продолжать.
  "Сначала они шутили, - сказала Кэрол. - Сначала они шутили. Включи радио,
  Пит, я люблю старые песни".
   - Поднимем его, - сказал Скип и ухватил Стоука за плечо. Стоук слабо
  хлопнул его рукой, как у восковой фигуры. Скип не обратил никакого внимания,
  может, даже не почувствовал. - Да побыстрее же. Бога ради.
   Я ухватил Стоука за другое плечо. Он плеснул мне в лицо водой, словно бы
  мы валяли дурака в бассейне на чьем-то заднем дворе. Я поглядел поверх
  намокшего распростертого тела на Скипа. Он кивнул мне.
   - Готовсь.., есть... ВЗЯЛИ!
   Мы напряглись. Стоук частично поднялся над водой - от пояса вверх, - но и
  все. Меня поразил его вес. Рубашка выбилась у него из штанов и колыхалась в
  воде вокруг его талии, будто пачка балерины. Ниже я увидел его белую кожу и
  черную ямку пупка, точно продырявленную пулей. И еще там были шрамы,
  зажившие рубцы - путаница веревочек в узлах.
   - Помоги, Натти! - прохрипел Скип. - Поддержи его, хрена ради!
   Нат встал на колени, обдав водой всех нас, и обнял Стоука со спины. Мы
  старались вытащить его из ледяной похлебки, но теряли равновесие в скользком
  снежном месиве, и нам не удавалось объединить усилия. Полуутонувший