да.
   - Уж конечно, ждут не дождутся праздника, - говорит замухрышка, его
  ухмылка ширится, становится чем-то совсем уж непотребным. Биллу Ширмену он
  кажется изображением Смерти, какой ее видят газетные карикатуристы: одни
  только проваленные глаза, крупные зубы и туго натянутая глянцевитая кожа.
  Ухмылка эта заставляет его вспомнить Там-Бой в долине А-Шау. Ребята из
  второго батальона двинулись туда, будто властелины мира, а вернулись, будто
  обожженные беженцы из ада. Вернулись с такими вот проваленными глазами и
  крупными зубами. Они все еще выглядели так в Донг-Ха, где несколько дней
  спустя все они вроде как перемешались. В зарослях очень часто вот так
  перемешивались. А еще тряслись и спекались.
   - Да, просто изнывают, - соглашается он, - но, по-моему, Сара начинает
  что-то подозревать о парне в красной шубе. - А мысленно он подгоняет лифт,
  еле ползущий вниз. "Господи, избавь меня от этой дурацкой жвачки", - думает
  он.
   - Да-да, бывает, - говорит замухрышка. Его ухмылка угасает на
  секунду-другую, будто говорят они о раке, а не о Санта-Клаусе. - Сколько
  теперь Саре?
   - Восемь.
   - А ощущение такое, будто она родилась год, ну два назад. Да, когда
  живется весело, время так и летит, верно?
   - Скажите еще раз и опять не ошибетесь, - говорит он, отчаянно надеясь,
  что тощий этого еще раз не скажет. Тут наконец расползаются двери одного из
  лифтов, и они толпой входят в него.
  
  ***
  
   Билл и замухрышка проходят