Он ставит пакеты между дорогими
  ботинками и достает из внутреннего кармана бумажник свиной кожи. Открывает
  его, перебирает аккуратную толщу банкнот.
   - С сыном все хорошо, Гарфилд? Оценки получает неплохие?
   - Да, сэр.
   - А сколько ему?
   - Пятнадцать, сэр, - Муниципальная школа?
   - Приходская, сэр.
   - Превосходно! И дай Бог, он не увидит Дорогу е.., ной Славы.
   Человек в распахнутом пальто вынимает банкноту из бумажника. Слепой Уилли
  не только слышит, но и ощущает, как охнул Уилок, и ему не нужно даже
  смотреть на бумажку; он и так знает, что она сотенная.
   - Так точно, сэр, дай Бог!
   Мужчина в распахнутом пальто прикасается банкнотой к ладони Уилли и
  открывает глаза от удивления, когда рука в перчатке отдергивается, словно
  она обнажена и до нее дотронулись чем-то раскаленным.
   - Положите ее в мой чемоданчик или бейсбольную перчатку, сэр, если вы так
  добры, - говорит Слепой Уилли.
   Мужчина в пальто несколько секунд смотрит на него, подняв брови, слегка
  хмурясь, а потом словно бы понимает. Он нагибается, кладет банкноту в старый
  промасленный карман перчатки, на которой сбоку синими чернилами написано
  "ГАР-ФИЛД", потом сует руку в боковой карман и вынимает горсть мелочи. Ее он
  рассыпает по физиономии старины Бена Франклина, чтобы прижать банкноту.
  Потом выпрямляется. Глаза у него налиты слезами и кровью.
   - Вы не против, если я дам вам визитку? - спрашивает он Слепого Уилли. -
  Я мог бы связать вас с кое-какими организациями