тех, куда по вечерам не ездят, - закопченным придатком Бриджпорта. Он все
  еще проводил там большую часть дня - на складе или в салоне ("Салливан
  шевроле" уже четыре года подряд было золотозвездным предприятием), но обычно
  уходил в шесть часов вечера, а уж в семь наверняка, и ехал на север в
  Милфорд в своем демонстрационном "шевроле каприс". Обычно он уезжал с
  неосознанным, но очень подлинным ощущением благодарности.
   В этот летний день он поехал от Милфорда по 1 - 95 на юг, как обычно, но
  в более позднее время и не свернул на съезд номер 9 "ЭШЕР-АВЕНЮ, ХАРВИЧ".
  Сегодня он повел свой синий с черными покрышками демо дальше на юг; его не
  переставало забавлять, как вспыхивали тормозные огни машин впереди, чуть
  только их водители замечали его в зеркале заднего вида... Они принимали его
  за полицейского - и ехал так до самого Нью-Йорка.
   Машину он оставил в салоне Арни Моссберга в Вест-Сайде (когда торгуешь
  "шевроле", проблем с парковкой не возникает - одна из приятностей этого
  бизнеса), по дороге через город рассматривал витрины, съел бифштекс в
  "Палм-То", а потом отправился на похороны Пейгано.
   Пейг тоже был на месте падения вертолетов в то утро, одним из ребят,
  попавших в заключительную засаду, когда сам Салл не то наступил на мину, не
  то порвал проволочку и взорвал прикрепленный к дереву заряд. Человечки в
  черных пижамах тут же вдарили по ним. На тропе Пейг ухватил Волленски, когда
  Волленски получил пулю в горло. Он дотащил