назвать людьми, а были они почти все кричащими обедами быстрого разогрева,
  обедами быстрого разогрева с глазами и пряжками от поясов, и пальцы тянутся,
  и курится дым от расплавившихся ногтей... Ну да, вот так, о чем не
  расскажешь таким, как доктор Конрой - как, пока ты их тащил, от них
  отваливались части, вроде как соскальзывали с них - ну, как с зажаренной
  индейки сползает кожа по горячему разжижившемуся жиру под ней, вот так, а ты
  все время чувствуешь запах джунглей и керосина, и это все происходит -
  такое-претакое замечательное шоу, как говаривал Эд Салливан, и происходит
  все это на нашей сцене, и тебе ничего не остается, как участвовать и
  стараться дотянуть до конца.
   Это было то утро, это были те вертолеты, а такое необходимо сбросить так
  или иначе. Когда днем они добрались до засранной деревни, в носах у них все
  еще гнездился смрад обугленных вертолетчиков, старый лейтенант был убит, а
  кое-кто из парней - Ронни Мейлфант и его дружки, если вам требуются
  уточнения, - немножко свихнулся. Новым лейтенантом стал Диффенбейкер, и
  вдруг он обнаружил, что командует сумасшедшими, которые намерены убивать
  всех, кого увидят, - детей, стариков, стареньких мамасан в красных китайских
  туфлях.
   Вертолеты рухнули в десять. Примерно в два ноль пять Ронни Мейлфант
  первым воткнул свой штык в живот старухи, а затем объявил, что отрежет
  голову е...ной свинье. Примерно в четыре пятнадцать мир взорвался прямо в
  лицо