, их женушки забирают "Зиппо" из их слабеющих пальцев.
   - Кроме тех, кто развелся, - добавил Салл, и оба засмеялись. Снаружи
  похоронного салона было очень хорошо. Ну, может, не то чтобы так уж хорошо,
  но лучше, чем внутри. Органная музыка там была скверной, а запах цветов еще
  хуже. Запах цветов заставлял Салла думать о Дельте Меконга. "В сельских
  местностях", - говорили люди теперь, но он не помнил, чтобы хоть раз слышал
  это выражение тогда.
   - Так, значит, ты потерял свои яйца не целиком, - сказал Диффенбейкер.
   - Угу. Так и не угодил полностью в страну Джека Барнса.
   - Кого?
   - Не важно. - Салл никогда книгами не зачитывался (вот его друг Бобби
  зачитывался), но библиотекарь в госпитале дал ему "Фиесту", и Салл прочел
  роман с жадностью, и не один, а три раза. Тогда эта книга казалась очень
  важной - такой же важной, какой та книга - "Повелитель мух" - была для Бобби
  в дни их детства. Теперь Джек Барнс отодвинулся вдаль - жестяной человек с
  поддельными проблемами. Просто еще одна фальшивка.
   - Да?
   - Да. Я могу иметь женщину, если по-настоящему захочу, - не детей, нет,
  но женщину могу. Однако требуются всякие приготовления, и чаще кажется, что
  оно того не стоит.
   Диффенбейкер ничего не сказал. Он сидел и смотрел на свои руки. Когда он
  поднял глаза, Салл решил, что он скажет что-нибудь о том, что ему пора,
  быстро попрощается с вдовой - и снова в бой (Салл подумал, что для нового
  лейтенанта бои теперь означают продажу компьютеров