и и отправились домой к Сорелю, который жил на красивой
  рю Морис Барр. Окна его квартиры выходили на ту часть улицы, где она
  переходит в Булонский лес. Сорель был опытным и искусным любовником, на
  удивление чутким и неэгоистичным. Ему не было нужно от Ноэлли ничего,
  кроме ее красоты, но Филипп был поражен ее разнообразием в постели.
   - Боже мой! - удивлялся он. - Ты просто потрясающа! Где ты научилась
  всему этому?
   На секунду Ноэлли задумалась. Дело тут, конечно, не в учебе, а в
  чувствах. Для нее мужское тело было чем-то вроде музыкального инструмента,
  на котором она играла. Нужно добиться глубины его звучания, отыскать в нем
  те заветные струны, на которых с помощью своего собственного тела можно
  сыграть все и таким образом добиться полной гармонии.
   - Это у меня от рождения, - просто ответила она.
   Она стала слегка поигрывать кончиками пальцев вокруг его губ, едва
  касаясь их, словно бабочка крыльями, потом опустила пальцы вниз, ему на
  грудь и наконец дошла до живота. Сорель снова возбудился, его орган опять
  вырос и затвердел. Ноэлли встала, пошла в ванную и через несколько секунд
  вернулась. Затем взяла его напряженный член в рот. Во рту у нее было
  горячо. Она набрала туда теплой воды.
   - О Боже! - застонал Сорель.
   Они занимались любовью всю ночь, а утром Сорель предложил Ноэлли
  переехать к нему.
  
  
   Ноэлли прожила с Филиппом Сорелем полгода. Нельзя