осное развитие всех
  остальных событий в Европе. Американские граждане восприняли это как
  нарушение их личных прав. Одна из стран, ставшая колыбелью свободы, вдруг
  потеряла ее.
   Пала Норвегия, Англия не на жизнь, а на смерть боролась за свое
  существование, и между Германией, Италией и Японией был заключен союз.
  Росло ощущение нестабильности, и создавалось впечатление, что Америка
  собирается вступить в войну. Как-то раз Кэтрин спросила об этом Фрейзера.
   - Полагаю, что это просто вопрос времени. Рано или поздно мы примем
  участие в этой войне, - сказал он ей, тщательно подбирая слова. - Если
  Англия не в состоянии остановить Гитлера, это придется сделать нам.
   - Но ведь сенатор Борах говорит...
   - Американская политика всегда строилась на самообмане, - зло заметил
  Фрейзер.
   - А что вы будете делать, если начнется война?
   - Стану героем, - ответил он.
   Кэтрин представила, как в офицерской форме ее красивый начальник
  отправляется на войну, и мысль об этом ей крайне не понравилась. Ей
  казалось совершенной глупостью, что в наш просвещенный век люди должны
  убивать друг друга, чтобы устранить возникшие между ними разногласия.
   - Не беспокойтесь, Кэтрин, - заверил ее Фрейзер. - В ближайшем
  будущем все останется по-старому. А когда нам придется вступить в войну,
  мы будем к этому готовы.
   - А как же Англия? - спросила она. - Если Гитлер решит