сневшими
  глазами. Он чем-то напоминал Ноэлли несформировавшегося ребенка. Это был
  человек старше тридцати лет, с лунообразным лицом и высоким, женским
  голосом. Однако он обладал каким-то необъяснимым качеством, от которого
  становилось страшно. От него веяло смертью.
   - Мадемуазель Ноэлли Пейдж?
   - Да.
   - Я - полковник Курт Мюллер из гестапо. Полагаю, что с ефрейтором
  Шульцем вы уже встречались.
   Ноэлли с безразличным видом повернулась к ефрейтору.
   - Нет... мне кажется, что нет.
   - В кафе сегодня во второй половине дня, - подсказал ей ефрейтор.
   Ноэлли обратилась к Мюллеру:
   - Я встречаю массу людей.
   Полковник кивнул головой.
   - Трудно запомнить каждого, если у вас столько друзей, фрейлейн.
   Ноэлли согласилась с ним:
   - Именно так.
   - Например, друг, с которым вы были в кафе сегодня после обеда.
   Он сделал паузу, смотря Ноэлли прямо в глаза.
   - Вы заявили ефрейтору Шульцу, что он выступает с вами сегодня на
  сцене, так?
   Ноэлли бросила на гестаповца удивленный взгляд.
   - Ефрейтор, по-видимому, не понял меня.
   - Нет, фрейлейн, - возмутился ефрейтор. - Вы мне сказали...
   Полковник повернулся к нему и посмотрел на него ледяным взором.
  Ефрейтор замолчал на полуслове.
   - Возможно, - дружелюбно заметил Курт Мюллер. - Так часто бывает,
  когда человек говорит на иностранном языке.
   - Верно, - поспешно подтвердила