с американцем. Над
  городом уже сгустилась прохладная ночь. В связи с угрозой немецкого налета
  на улицах было темно и тихо. Машины ровно и почти бесшумно проплывали по
  ним, словно безмолвные рыбы во мраке морских глубин.
   Ларри и Ноэлли не удалось поймать такси. Они пошли пешком и по дороге
  решили пообедать в бистро на площади Виктуар. Ноэлли просто умирала с
  голоду. Она изучала сидящего напротив нее американца и не могла понять,
  что же с ней делается. Ей казалось, что он открыл в ее душе какой-то
  живительный источник, о существовании которого она и не подозревала.
  Раньше она никогда не испытывала подобного счастья. Они говорили обо всем.
  Она рассказала ему о себе, а от него узнала, что он родился в Бостоне и
  что по происхождению он ирландец. Его мать родом из графства Керри.
   - А где вы научились так хорошо говорить по-французски? - спросила
  Ноэлли.
   - В детстве я каждое лето проводил на мысе Антиб. Мой отец был
  заправилой на фондовой бирже, пока его не съели медведи.
   - Медведи?
   Ларри пришлось объяснить ей, как совершаются сделки на фондовой
  бирже. Ноэлли было неважно, о чем он говорил, лишь бы слушать его.
   - Где ты живешь?
   - Нигде.
   Она рассказала ему о водителе такси, о мадам Дели, о толстяке,
  поверившем, что она принцесса, и согласившемся заплатить за нее сорок
  франков, а Ларри громко смеялся над всем этим.
   - Ты помнишь,