емьи поднял
  меня в воздух на старом биплане, а в четырнадцать я начал учиться водить
  самолет. По-настоящему я живу только в воздухе.
   Он продолжал:
   - Надвигается мировая война. Германия хочет завладеть всем миром.
   - Франции ей не видать, Ларри. Никому не удастся преодолеть "Линию
  Мажино".
   Ларри громко и презрительно рассмеялся:
   - Да я сто раз ее преодолевал.
   Она бросила на него недоуменный взгляд.
   - По воздуху, принцесса. Это будет война в воздухе... моя война.
   А потом как бы невзначай добавил:
   - А почему бы нам не пожениться?
   Это был самый счастливый момент в жизни Ноэлли.
  
  
   В воскресенье Ноэлли и Ларри решили отдохнуть и ничего не делать. Они
  позавтракали в одном из кафе на Монмартре, вернулись в номер и почти весь
  день провели в постели. Ноэлли просто не верилось, что мужчина может быть
  таким страстным. Какое блаженство заниматься с ним любовью! Но ей
  доставляло не меньшую радость лежать рядом с ним и слушать его или
  наблюдать, как он беспокойно ходит по комнате. Ей было достаточно одного
  его присутствия. Чего только не случается в жизни, думала Ноэлли. В
  детстве отец называл ее принцессой, и вот теперь, пусть даже в шутку,
  Ларри тоже зовет ее так. Рядом с ним она _ч_у_в_с_т_в_о_в_а_л_а_ себя
  человеком. Он возродил в ней веру в мужчин. Он представлял для нее целый
  мир, ее собственный мир, и Ноэлли знала, что большего