достала оттуда листок бумаги, который дал ей молодой врач. Она прочитала,
  что там написано, и приняла решение. Во второй половине дня Ноэлли
  отправилась к тетушке Исраэля Каца и получила работу манекенщицы во
  второразрядном доме моды на улице Бурсо.
   Тетушка Каца оказалась седоватой женщиной средних лет с лицом гарпии
  и душой ангела. Для всех работающих у нее девушек она была матерью, и они
  обожали ее. Тетушку звали мадам Роз. Она выдала Ноэлли аванс в счет
  будущей зарплаты и подыскала ей крохотную квартирку недалеко от ателье.
  Начав распаковывать вещи, Ноэлли прежде всего повесила в шкаф свое
  подвенечное платье. Она поместила его на видном месте, чтобы оно было
  первым, что она видит, просыпаясь утром, и последним, раздеваясь вечером
  перед сном.
  
  
   Ноэлли знала о своей беременности еще до того, как появились ее
  первые признаки, до того, как она сделала соответствующие анализы, и до
  того, как у нее прекратились регулы. Она чувствовала, что в ней
  зарождается новая жизнь. По ночам, лежа в постели и смотря в потолок,
  Ноэлли постоянно думала об этом, и глаза ее светились первобытной,
  животной радостью.
   Как только у нее выдался свободный день, Ноэлли позвонила Исраэлю
  Кацу, и они договорились позавтракать вместе.
   - Я беременна, - призналась она ему.
   - Откуда вы знаете? Вы уже сделали анализы?
   - Мне не нужны анализы.