иветливо ответила она.
   Рон все еще не был уверен в ней и продолжал изучать ее. Некий
  первобытный инстинкт подсказывал ему, что надо действовать осторожно.
   - Тебе не хочется чего-то особенного? - спросил он.
   Наконец-то! Он предлагает ей то, о чем она мечтает. Теперь пути назад
  нет.
   - Ты только скажи, и я буду твоей, - ответила она, в душе умирая от
  страха. Ее слова звучали сентиментально и старомодно. Так говорят только
  герои романов. Эта ужасная фраза может вызвать у него отвращение. Он
  просто повернется и уйдет.
   Однако Рон не ушел. К ее великому удивлению, он улыбнулся, взял ее
  под руку и сказал:
   - Тогда пойдем.
   Изумленная Кэтрин пошла с ним. Все, оказывается, так просто. Ее ведут
  на случку. В душе она испытывала страшное волнение. Если Рон вдруг
  обнаружит, что она девственница, всему конец. А о чем с ним разговаривать
  в постели? Позволяют ли себе партнеры какие-нибудь разговоры во время
  полового сношения? Или они ждут, пока все закончится? Кэтрин вовсе не
  хотела быть грубой, но она не знала, как принято вести себя в подобных
  случаях.
   - Ты обедала? - спросил ее Рон.
   - Обедала? - переспросила она и уставилась на него, не зная, что
  ответить. Сказать, что обедала? Тогда он сразу поведет ее в постель, и она
  наконец разделается с этим.
   - Нет, - выпалила она, - я не обедала. "Ну зачем я так сказала? Ведь
  я же все испортила!".