шен из-за того, что все, кому не лень,
  неосмотрительно шляются под приставными лестницами. Но сбивать на землю
  лестницы - это уже сумасшествие".
   "Потому что это делается открыто", - пробормотал писатель.
   "Вы знаете, что-то в этом есть, Хенри", - сказал агент. "Как-то я
  узнал, что нельзя зажигать три сигареты одной спичкой. Не знаю даже
  откуда. Затем я узнал, что это пошло из окопов Первой мировой войны.
  Немецкие снайперы словно поджидали того момента, когда англичане начнут
  прикуривать от одной спички. После первой сигареты вы слышали звук
  выстрела. После второй вы чувствовали, как снаряд проносится мимо. А после
  третей вам сносило голову. Но знание об этом ничуть не изменило меня. Я
  так и не могу зажечь три сигареты от одной спички. Одна часть моего "я"
  говорит мне, что я могу зажечь хоть двадцать сигарет от одной спички. Но
  другая часть - тот самый зловещий голос, своего рода Бори Карлофф внутри
  нас - говорит при этом: "Попробуй только сделай так, и тогда..."
   "Но ведь сумасшествие и суеверие - это не одно и то же?" - робко
  спросила жена писателя.
   "Вы полагаете?" - сказал редактор. "Жанна д'Арк слышала голоса с
  неба. Некоторые люди думают, что ими владеют демоны. Другие видят злых
  духов... или чертей... или форнитов. Те слова, которыми мы описываем
  безумие, подразумевают существование суеверия в той или иной форме.
  Мания... ненормальность... иррациональность... лунатизм... безумие. Для
  сумасшедшего реальность искажена. Целостное