потом я вырубился. До катастрофы мне
  предстояло вырубиться еще только один раз".
   "На следующий день пришли чеки "Арвин Компани". Я впечатал в один из
  них требуемую сумму и отправился к доверенному другу. Опять он меня долго
  расспрашивал, но и на этот раз я сдержался. Мне нужна была подпись. В
  конце концов я ее получил. Я пошел в мастерскую и попросил тут же при мне
  изготовить почтовый штамп "Арвин Компани". Я поставил штамп в графе для
  обратного адреса на фирменном конверте, впечатал адрес Рэга (сахарной
  пудры в машинке больше не было, но клавиши до сих пор западали) и прибавил
  от себя пару строк о том, что никогда еще посылка автору чека не
  доставляла мне такого удовольствия... и это было абсолютной правдой. И до
  сих пор так и есть. Мне потребовался почти час, чтобы отправить письмо: я
  все никак не мог понять, достаточно ли официально оно выглядит. Вам
  никогда бы не пришло в голову, что вонючий пьяница, не менявший свое
  нижнее белье около десяти дней, мог проявлять такую осмотрительность".
   Он сделал паузу, затушил сигарету и посмотрел на часы. Затем тем же
  тоном, которым проводник возвещает прибытие поезда в какой-нибудь крупный
  населенный пункт, он произнес: "Мы подошли к необъяснимому".
   "Эта часть моей истории особенно интересовала двух психиатров и
  других специалистов по душевным болезням, с которыми мне предстояло иметь
  дело в следующие тридцать месяцев моей жизни. Они заставляли меня отречься
  от одного ее фрагмента, чтобы удостовериться в том,