"А если не был вложен конверт для ответа", - спросил писатель, -
  "рукопись выбрасывали в корзину для бумаг? Так?"
   "Совершенно точно. Без всяких сантиментов". Странное выражение
  напряженности промелькнуло на лице писателя. Это было выражение лица
  человека, который попал в логово к тиграм, где уже с дюжину более сильных
  и храбрых людей были разорваны на клочки. Пока еще этот человек не заметил
  ни одного тигра, но он чувствует, что они где-то рядом и клыки их
  по-прежнему остры.
   "Как бы то ни было", - сказал редактор, доставая свой портсигар, -
  "рассказ поступил к нам, и девушка из почтового отдела уже прикрепила
  формальный отказ к первой странице рукописи и собиралась запечатать ее в
  конверт, но взглянула мельком на фамилию автора. Что ж, она читала
  "Антиподов". В то время их все прочли, или еще читали, или стояли в
  библиотеке в очереди на эту книжку, или перерывали в магазинчиках груды
  изданий в мягкой обложке".
   Жена писателя, заметившая мгновенную напряженность на лице мужа,
  взяла его за руку. Он улыбнулся ей. Редактор щелкнул своей ронсоновской
  золотой зажигалкой, чтобы поджечь сигарету, и в сгустившихся сумерках все
  они могли заметить, каким постаревшим выглядело его лицо - обвисшие мешки
  под глазами, обрюзгшие щеки, старческий подбородок, выступающий вперед как
  нос корабля. Этот корабль, - подумал писатель, - называется старость.
  Никто особенно не желает на нем путешествовать, но каюты всегда
  переполнены. Да и трюм тоже, если