.
   - Беги. - Глаза Джэн сверкнули. - Хватит только думать об этом. Од.
  Открой входную дверь, когда Сет спит или сидит в туалете, и беги куда глаза
  глядят. Подальше от дома. Подальше от этой твари.
   Впервые Джейнис решилась дать ей совет, и Одри не могла не изумиться.
  Ответа у нее не нашлось.
   - Я.., я об этом подумаю.
   - Долго не думай, подружка.., я чувствую, что время твое на исходе.
   - Я должна идти. - Одри вновь глянула на стол, дабы убедиться, что
  красного телефона нет. Действительно нет.
   - Да, конечно. До свидания. Од. - Голос Джэн доносился издалека, образ ее
  таял. Теперь она больше напоминала женщину средних лет с одной грудью и
  весьма ограниченным кругозором. - Побыстрее возвращайся. Может, поговорим о
  "Сержанте Пеппере".
   - Хорошо.
   Одри вышла из беседки, посмотрела на цветы, на пируэты белых бабочек.
  Громыхнул гром. Бог посылал дождь, и Одри это ничуть не удивило: сколько же
  может длиться этот рай на земле. "Тускнеет блеск золотой..." Кто из поэтов
  это сказал? Фрост? Не важно. Джейнис Гудлин убедилась, что такова жизнь, а
  не только поэтическая строка. Убедилась в этом и Одри Гейрин.
   Она повернулась, чтобы взглянуть на весенние грозовые облака над
  Кэтскиллз, но увидела собственную грязную гостиную, в которой давно не
  прибирались, с пылью под мебелью, стеклами, заляпанными грязными пальцами,
  жиром, пролитой колой. Пахло потом и жарой, а больше всего спагетти и
  жареными гамбургерами,