дым,
  настоящий дым.
   Одри поспешила к окну, посмотрела вниз по улице и увидела, что горит дом
  Хобарта, посылая к серому небу клубы белого дыма. Рядом с горящим домом не
  было ни автомобилей, ни людей (дым скрыл от нее тела мальчика и собаки),
  поэтому Одри начала поворачиваться к Медвежьей улице. Те же патрульные
  машины? Пожарные? Их она не увидела, зато ей открылось зрелище, заставившее
  ее невольно вскрикнуть сквозь прижатые ко рту руки. Когда она успела их
  поднять. Одри не помнила.
   Легковушка Мэри Джексон, Одри это ясно видела, ткнулась передним бампером
  в забор между домами Джексонов и Старины Дока. Крышка багажника поднята, сам
  багажник смят от удара сзади. Но не разбитый автомобиль заставил ее
  вскрикнуть. На лужайке Дока, словно сброшенная с пьедестала статуя, лежало
  женское тело. Одри попыталась убедить себя, что это манекен, неизвестно как
  попавший из витрины магазина на участок Биллингсли, но быстро поняла, что
  надо верить своим глазам. Это именно женское тело. Перед ней Мэри Джексон, и
  она мертва.., так же мертва, как и муж Одри.
   Это сделал Тэк? Неужели он выходил из дома?
   Ты же знала, что-то готовится, хладнокровно напомнила она себе. Ты знала.
  Чувствовала, что Тэк собирается с силами, не зря он все время играл в
  песочнице с этими чертовыми фургонами, смотрел телевизор, ел гамбургеры, пил
  шоколадное молоко и наблюдал, наблюдал, наблюдал. Ты этого ждала, как ждут
  грозы в душный, жаркий летний день...
   Выше