юда.
   Он пытается сопротивляться, остаться там, где стоит, но, когда голос
  звучит вновь, в мозгу Питера уже не рот, а рыболовный крючок, который тащит
  его, распарывая мысли. Теперь он знает, что чувствует пойманная рыболовом
  форель.
   Шевелись, партнер!
   Питер проходит по расчерченным на тротуаре клеткам (их сегодня утром
  нарисовали Эллен Кар-вер и ее подружка Минди из соседнего квартала, чтобы
  поиграть в классы). Затем одна его нога попадает в ливневую канаву. Бегущая
  вода заливается в ботинок, но Питер этого не замечает. В голове его звучит
  музыка, кто-то играет на гитаре совсем как Дуэйн Эдди . Мелодию Питер знает, но
  вспомнить не может. Это его бесит.
   Подушка со светящейся фигурой спускается на мостовую. Питер приближается
  к ней, надеясь увидеть, что лицо человека скрыто черной маской из нейлона
  или шелка, но не видит, и как раз в тот момент, когда рушится витрина
  магазина "Е-зет стоп", Питер осознает, что лица он не видит, потому что его
  нет. Человек есть, а лица у него нет!
   - О Боже, - стонет он. - Боже, что же это?
   Две другие фигуры смотрят вниз с турели черного фургона. Бородатый
  мужчина, вроде бы в потрепанной форме времен Гражданской войны, и
  черноволосая женщина с красивым, но жестоким лицом. Кожа у нее белая, как у
  вампира из комиксов. Ее наряд тоже черный, а-ля гестапо. На шее у нее висит
  драгоценный камень размером с перепелиное яйцо. Камень ритмично мигает,
  напоминая психоделические