уть выше, чем нужно. - Эти слова произнес голос Хосса Картрайта. Хосс
  был одним из любимчиков Сета до того, как в нем поселился Тэк, а теперь стал
  одним из любимчиков Тэка. Тут их вкусы совпадали. - Как насчет того, чтобы
  попробовать еще раз?
   Рука Питера опустилась медленно, рывками, словно грузовой лифт. На этот
  раз палочки попали Питеру в рот, и он начал их механически жевать. Тэк
  улыбнулся ему ртом Сета. Демон надеялся (он был не чужд эмоций, пусть и
  нечеловеческих), что Питеру нравятся "Доритос", так как ничего другого в
  этой жизни ему уже не есть. Демон высосал из Питера немало жизненных сил,
  во-первых, чтобы возместить те гигантские затраты энергии, которых
  потребовала от него вторая половина этого дня, во-вторых, чтобы запасти
  энергию впрок. Подготовиться к следующему этапу.
   Подготовиться к ночи.
   Питер жевал и жевал, крошки "Доритос" падали на футболку, на счастливую
  физиономию мистера Лыбы-Улыбы на ней. Глазные яблоки Питера, которые так
  далеко вылезли из орбит, что, казалось, лежали на щеках, подрагивали при
  каждом движении челюстей. Левый глаз, похожий на выжатую виноградину, был
  поврежден, когда Тэк проник через него в мозг Питера и украл все нужное, но
  правым глазом Питер все еще видел. Видел достаточно, чтобы самостоятельно
  пройти оставшуюся часть пути. А потом ему больше ничего не понадобится.
   - Питер! Эй, Питер, ты меня слышишь, старина? - Тэк теперь говорил
  отрывисто, с интонациями