его в
  кактусовые заросли и убила, вывалив глаза на щеки. И эта же сила оставила
  его улыбающимся во весь рот.
   Колли сжимал руку Стива все сильнее. У него даже заныли пальцы.
   - Может, отпустишь? - взмолился Стив. - А не то...
   Он посмотрел вдоль тропы, уходящей от развилки на восток, той тропы, что
  могла привести их на Андерсон-авеню, где они попытались бы найти подмогу.
  Десять ярдов, и растительность резко обрывалась, выводя тропу в ночную
  пустыню. Стивен даже не подумал о том, что такой пустыни просто быть не
  может в Огайо. Не подумал потому, что перед ним открылся ландшафт, которого
  он не видел никогда в жизни, даже в кошмарном сне.
   Широкая равнина уходила к горам, вершины которых более всего напоминали
  зубья пилы. Однотонные, без расселин, без выступов. Черные горы,
  нарисованные ребенком.
   Сама тропа не исчезала, а расширялась, превращаясь в дорогу, какие бывают
  в рисованных мультфильмах. Слева от нее валялась наполовину ушедшая в песок
  телега. За телегой виднелась низина, где уже царствовала ночь. Справа стоял
  столб с прибитой к нему доской. Черные буквы выцвели, но Стив прочитал
  надпись:
  
  В ПОНДЕРОЗУ
  
   На столбе красовался коровий череп, такой же бесформенный, как и кактус.
  Сама дорога чем-то напомнила Стиву афиши фильма "Близкие контакты третьего
  вида". В небе над горами уже сияли невероятно крупные звезды. Они не
  мерцали, а мигали, как рождественская гирлянда. Вновь поднялся вой, на этот
  раз