, - не ид, не другая сторона его личности, не
  попутчик, а нечто, больше похожее на глиста. Оно может думать. И говорить.
  Сегодня оно говорило со мной. Оно называет себя Тэк.
  
   6 июля 1995 г.
   Прошлой ночью кто-то застрелил ангорского кота Хобартов. От него ничего
  не осталось, кроме крови и шерсти. Ким говорит, что Ирен Хобарт в истерике,
  она считает, что все соседи только и думают о том, как бы выжить их с улицы,
  потому что знают: Хобарты отправятся на небеса, тогда как все остальные - в
  ад. "Вот они и устраивают нам ад на земле", - пожаловалась она Ким. Ирен
  умоляла Ким сказать ей, кто это сделал, сообщила, что Хью вне себя от горя,
  не выходит из комнаты, лежит на кровати, плачет и говорит, что во всем
  виноват он, так как согрешил. Когда же Ким ответила, что не знает, кто это
  мог сделать, и считает, что никло из живущих на Тополиной улице не стал бы
  убивать кота Хобартов, миссис Хобарт заявила Ким, что та ничем не лучше
  остальных, а потому они больше не подруги. Ким очень расстроилась, но
  меньше, чем я.
   Что же мне делать? Тэк пока ограничивается разбитыми стеклами и котом,
  но...
  
   8 июля 1995 г.
   Слава Тебе, Господи! В начале десятого утра на Тополиную улицу завернул
  фургон Компании грузовых перевозок и остановился перед домом Хобартов. Они
  уезжают с Тополиной улицы.
  
   16 июля 1995 г.
   Гребаный маленький мерзавец, говнюк. Как ты посмел! О, если бы я только
  могла добраться до тебя. Если бы ты отпустил