ваются ему в спину, Питер услышал крик, выстрел, предсмертный вой зверя.
  Все это происходило где-то далеко и совершенно его не касалось. Он положил
  руку на плечо мертвого бродяги. - Привет.., друг, - повторил известный
  исследователь творчества Джеймса Дики.
   Питер посмотрел на юг. Зрение его слабело с каждой минутой, но того, что
  осталось, хватило, чтобы увидеть идеально круглую луну, поднявшуюся меж
  черных вершин-зубьев. Серебряную, как старинные карманные часы, а с нее ему
  подмигивал мистер Мун, которого он помнил по детской книжке о Матушке
  Гусыне.
   Только этот мистер Мун почему-то носил ковбойскую шляпу.
   - Привет.., друг, - шепнул ему Питер, еще сильнее прижимаясь к иглам
  кактуса. Он не чувствовал, как они пробили легкие, не чувствовал, как из
  растянутого в улыбке рта потекли первые струйки крови. Он нашел своего
  друга. Нашел своего друга, и теперь все будет хорошо, они вместе смотрят на
  мистера Муна-ковбоя, и им очень хорошо.
  
  9
  
   Джонни подумал, что темнеет так же быстро, как в тропиках. Заросли
  кактусов превратились в две черные стены, но тропу он различал без труда:
  серая полоса шириной в два фута, изгибающаяся меж черных стен. Если бы не
  полная луна, им пришлось бы совсем плохо. Утром Джонни слушал прогноз
  синоптиков и знал, что луна только народилась и до полнолуния еще чуть ли не
  две недели, но стоило ли, учитывая известные события, обращать внимание на
  это маленькое противоречие?
   По