бражает не так быстро.
   - И брат постучал пальцем по виску.
   Но малыш все понял, безо всякого сомнения, потому что тут же расплакался.
   Не громко и капризно, а как ребенок, потерявший что-то очень для себя
  дорогое.
   При этом остальные разом приуныли, словно умерла любимая собака. Девочка
  даже сказала, что Сет раньше никогда не плакал.
   От этого мое любопытство разгорелось еще больше.
   Я не мог понять, что у них за отношения в семье, а знать очень уж
  хотелось. Теперь я сожалею о том, что не поставил на этом точку. Знать бы,
  где упадешь, подстелил бы соломки.
   Мистер Гейрин попросил меня уделить ему минуту или две для личного
  разговора.
   Я, конечно же, не отказал. Он передал жене все еще тихонько плачущего
  малыша, у которого по щекам одна за другой скатывались крупные слезы, и будь
  я проклят, если у старшей сестры тоже не намокли глаза. Затем Гейрин прошел
  в трейлер и закрыл за собой дверь.
   За минуту или две он мне многое рассказал о маленьком Сете Гейрине, но
  главное состояло в том, что они все очень любили его.
   Не то чтобы Гейрин прямо так и сказал (словам я мог бы и не поверить) Это
  читалось в интонациях голоса, в выражении его лица. Он сказал, что Сет
  страдает аутизмом, едва умеет произнести слово, которое можно понять, и не
  проявляет никакого интереса к "обычной жизни". Но, увидев вал, ограждающий
  Китайскую шахту с севера, он вдруг затараторил как бешеный и все показывал
  на нее пальцем.
   - Поначалу