внул я. - То есть он вернулся в реальный мир, так?
   Я думал о тех людях, которых видел в корпусе, где жил брат моего друга.
  Эти люди не имели ничего общего с реальным миром. Даже когда они плакали,
  смеялись или издавали какие-то звуки.
   - Именно так, - согласился Гейрин. - У него в мозгу словно вспыхнул яркий
  свет. Я не знаю, что послужило тому причиной и как долго это будет
  продолжаться, но...
   Есть ли хоть какая-то возможность показать ему шахту, мистер Саймс? Я
  знаю, что вы не имеете на это права, готов спорить, страховая компания
  устроит скандал, если узнает об этом, но для Сета эта экскурсия, похоже,
  очень важна.
   А следовательно, и для всех нас. Денег у нас, конечно, в обрез, но я могу
  дать вам сорок долларов за потраченное вами время.
   - Я бы не сделал этого и за четыреста, - ответил я. - Такое делается или
  бесплатно, или не делается совсем. Поедем. Возьмем один из наших вездеходов.
   Ваш старший сын может сесть за руль, если вы не возражаете. Это тоже
  нарушение инструкции, но, как говорится, семь бед - один ответ.
   А тому, кто, читая это, сочтет меня дураком (да еще дураком, навлекающим
  неприятности на собственную голову), стоило бы увидеть, каким счастьем
  осветилось в тот момент лицо Билла Гейрина. Я чертовски сожалею о том, что
  произошло с ним и остальными членами его семьи в Калифорнии, о случившемся я
  узнал только из письма его сестры, но поверьте мне, в тот день он был
  счастлив, и я радовался,