пился коленом, потерял равновесие и перевалился через забор. К счастью,
  приземлился Брэд частично на Джонни, а частично - на свою дородную жену, так
  что обошлось без переломов. Потом, правда, выяснилось, что порвана рубашка,
  а на ногах и правой руке появились ссадины.
   - Нет ли у тебя желания слезть с меня, дорогой? - поинтересовалась
  дородная дама. - Если это не доставит тебе неудобств, я бы...
   Брэд сполз с них обоих, лег на живот, потом перевернулся на спину и
  посмотрел на неестественно большие звезды. Они зажигались и гасли, словно
  лампочки на рождественских гирляндах, которыми каждый год украшали главные
  улицы маленьких городков. Звезды не настоящие, в этом Брэд не сомневался, но
  они висели над головой, светили с неба. Значит, и небо тоже.., того.., не
  настоящее...
   Брэд закрыл глаза, чтобы больше не видеть ни звезд, ни неба. И тут перед
  его мысленным взором возник Кэри Риптон, бросающий ему свернутый в трубочку
  экземпляр "Покупателя". Брэд увидел свою руку, ту, что не держала шланг. Вот
  она поднялась и поймала газету. Отлично, мистер Джозефсон! В голосе Кэри
  слышалось искреннее восхищение. Голос этот доносился издалека, словно эхо в
  каньоне. А вот койоты выли совсем рядом, в лесополосе за забором. Только лес
  уступил место пустыне. Вой чередовался с ударами: койоты бились об забор в
  надежде проломить доски.
   Господи!
   - Брэд. - услышал он тихий голос Джонни. Судя по звуку, писатель
  наклонился над ним.
   - Что?