осей Стайлз у него в кармане (когда ему нужен карман, он его
  себе представляет, это очень удобно), потому что он ее еще немного любит. А
  остальных - нет. Вопрос в том, сможет ли он вырваться из этих фантазий,
  которые так щедро сдобрены ядом?
   Наступил момент, когда Сету предстоит это выяснить.
   Рядом с фотографией Аллена Саймса на стене висит полочка. Такие Сет видел
  в прихожей Карверов, и они ему очень понравились. Каждая полочка для одной
  фарфоровой статуэтки. Такую вот полочку Сет создал в своем подсознании.
  Света достаточно, чтобы увидеть, что на ней стоит: не гюммельские пастушок
  или пастушка, а игрушечный телефон.
   Сет снимает трубку и набирает на пластмассовом диске цифры два, четыре,
  восемь. Телефон дома Карверов. В ухе раздается гудок.., второй.., третий...
  Но слышны ли звонки на другом конце провода? Слышит ли их она? Слышит ли их
  вообще кто-нибудь?
   - Давай, - шепчет Сет. Нетерпение переполняет его. Здесь, в подсознании,
  аутизма у него не больше, чем у Стива Эмеса, или Белинды Джозефсон, или
  Джонни Маринвилла... Здесь он гений.
   Правда, испуганный гений.
   - Давай.., пожалуйста, тетя Одри, пожалуйста, услышь.., пожалуйста,
  ответь...
   Потому что времени у него очень мало, а его отсчет уже пошел.
  
  Безнадега,
  Главная улица/Время регуляторов.
  
   В гостиной Карверов звонит телефон, и Джонни Маринвилл впервые в жизни
  утрачивает уникальную свою способность видеть и расставлять события в
  хронологической