и? Или вы боитесь?
   - Нет, - вздыхает Джонни.
   Джонни протягивает руку к железному кольцу на двери, сколоченной из
  толстых досок, но рука проходит сквозь него. Под кольцом оказывается обычная
  ручка. Когда Джонни хватается за нее, из-под досок проступает современная
  дверь, она постепенно замещает ту, которую он поначалу видел. Джонни
  открывает дверь. В темной комнате стоит затхлый запах грязного белья. Лунный
  свет проникает в комнату, и глаза Джонни быстро привыкают к полумраку. То,
  что он видит, напоминает ему изредка появляющиеся в журналах истории о
  пожилых миллионерах-затворниках, которые последние годы проводят в одной
  комнате, собирая книги и журналы, разводя кошек или собак, накачиваясь
  таблетками и питаясь консервами.
   - Быстрее, быстрее, - торопит Одри. - Сет в ванной комнате, примыкающей к
  кухне.
   Она протискивается мимо, на ходу берет Джонни за руку и ведет в гостиную.
  Стопок книг и журналов нет, но ощущение царящего здесь затворничества и
  безумия нарастает. Пол весь в липких пятнах от пролитых соуса и газировки.
  На стенах детские рисунки: стрельба, убийства. Они напоминают Джонни о
  недавно прочитанном романе "Кровавый меридиан".
   Уголком глаза он улавливает движение слева от себя, поворачивается с
  гулко бьющимся сердцем, но видит не целящихся в него ковбоев или мрачных
  инопланетян, даже не маленького мальчика, бросающегося на него с ножом, а
  всего лишь пульсирующее мерцание. От телевизора,