на
  вершине холма. Луг от беседки сбегает к каменной стене, увитой плющом и
  заросшей шиповником. Пожалуй, в парке, это не самое красивое место, но
  думаю, именно его я буду вспоминать в будущем, возвращаясь мыслями к своему
  медовому месяцу. Оно дышит удивительным покоем. Может, все дело в запахе
  луговых цветов или мерном жужжании пчел. Не знаю. Но оставим цветы, пчел и
  увитую плющом стену. Если я знаю свою Кэт, она ждет рассказа о призраках. В
  них нет ничего страшного, поэтому не питай на сей счет ложных надежд, но по
  крайней мере их появление задокументировано. Адриан Гивенс, консьерж,
  заверил меня, что их видели никак не меньше трех десятков человек. И хотя
  никто из свидетелей не знал друг друга, то есть о сговоре не может быть и
  речи, описания призраков на удивление совпадают. Женщине, судя по показаниям
  свидетелей, тридцать с небольшим лет, она симпатичная, с длинными ногами и
  каштановыми волосами. Ее сын (некоторые свидетели отмечают их сходство)
  маленький и худенький, лет шести. Волосы каштановые как и у женщины. Его
  лицо описывалось как "интеллигентное", "живое" и даже "прекрасное". Хотя их
  видели разные люди и в разное время, разночтений в описании одежды нет.
  Женщина в блузе без рукавов, синих шортах для бега и кроссовках, мальчик в
  боксерских трусах, футболке и ковбойских сапожках. Именно ковбойские сапожки
  поразили меня больше всего. Кэт! С чего бы разным людям так странно одевать
  мальчика, если уж они все это