уза, он уже хотел нажать
  на рычаг и снова набрать номер, когда в трубке послышался детский голос.
  Голос этот не столько удивил, сколько испугал Джонни. И он даже не стал
  убеждать себя, что страх этот - от неожиданности.
   - Маленький кусачий крошка Смитти, что же ты кусаешь мамку за титти?
   В трубке щелкнуло, и раздался длинный гудок свободной линии.
  Нахмурившись. Джонни набрал тот же номер. Вновь длинная пауза, щелчок и
  звук, который Джонни угадал сразу: на том конце провода дышали ртом. Может,
  у ребенка простуда, заложило нос? Впрочем, это не важно. Важно другое -
  провода где-то закоротило, и теперь вместо полиции он попадает...
   - Кто говорит? - резко спросил Джонни. Нет ответа. Только дыхание через
  рот. Отчего этот звук ему знаком? Это же нелепо. Откуда ему может бить
  знаком этот звук в трубке? Да ниоткуда, но тем не менее...
   - Немедленно положите трубку! - потребовал Джонни. - Мне надо позвонить в
  полицию.
   Дыхание оборвалось. Джонни протянул руку к рычагу, когда опять послышался
  голос, но теперь уже насмешливый:
   - Маленький кусачий крошка Смитти, что же ты кусаешь мамку за титти? -
  Туг тон изменился, и Джонни прошиб холодный пот. - Больше не звони, старый
  козел. Тэк!
   Очередной щелчок, и мертвая тишина, никаких гудков, ни длинных, ни
  коротких. Раскат грома, донесшийся с запада, еще далекий, но уже достаточно
  громкий, заставил Джонни подпрыгнуть.
   Он положил трубку и прошел на кухню, отметив,