онечно, море, которое
  билось о гранитные клыки внизу, и неистово шумело и вибрировало. Я
  ощущаю удары волн, даже когда пишу. Чувство, отнюдь, не из приятных.
   Знаю, ты не одобряешь моей привычки жить в уединении, дорогой Бони,
  но заверяю тебя: я в хорошем настроении и счастлив. Келвин со мной
  обычно молчалив и, как всегда, прилежен, так что к середине недели
  объединившись, я уверен, мы наладим дела и организуем необходимые
  поставки из города... Да и несколько женщин надо будет нанять, чтобы они
  размели тут пыль.
   Буду заканчивать, есть еще много дел, требующих внимания: посмотреть
  комнаты и тысячи предметов) без сомнения, отвратительной обстановки. Еще
  раз благодарю за то, что ты так состоятельно и со знанием дела изложил
  все в письме, и выражаю надежду на продолжение переписки.
   Передай жене мои признания в любви, а также прими мое искреннее
  расположение.
   Чарльз.
  
  6 октября 1850 года
  
   Дорогой Бони, какое это место!
   Оно продолжает изумлять меня. Например, отношение жителей ближайшей
  деревни к моему появлению здесь. Это странное, небольшое селение с
  колоритным названием Причер Корнерс.
   Келвин договорился там о ежедневной доставке продуктов. Другую
  проблему заготовку дров на зиму он тоже успешно разрешил. Но Кел
  вернулся в мрачном настроении, и когда я спросил его, что его беспокоит,
  он уныло ответил:
   - Они считают вас сумасшедшим, мистер Бун!