е, словно лик вампира. Я ничего не ел с 27 октября
  и почти не пил, ведь нет дольше Кела, который смог бы поставить у моего
  изголовья графин со свежей водой.
   Кел! Его больше нет в живых, Бони. Он занял мое место, бедняга с
  золотыми руками и скуластым лицом, которое так похоже на нынешнее
  отражение моего лица в оконном стекле. И, конечно, ему могло бы больше
  повезти. Его не преследовали сны, как преследовали они меня в последние
  дни. Эти сны, словно призрачные тени, которые затаились в коридорах
  кошмарного бреда. Даже сейчас мои руки еще дрожат. Вот... Я закапал
  страницу чернилами!
   В то утро Келвин поспорил со мной, так как я попытался ускользнуть из
  дому. Я-то считают себя таким хитрым. Я сказал ему, что решился: мы
  должны уехать и спросил его, не отправится ли он в Тандрелл, милях в
  десяти, чтобы нанять экипаж, тогда бы мы выбрались из ловушки, покинули
  местность, где были столь печально известны. Он согласился совершить эту
  утомительную пешую прогулку, и я смотрел ему вслед, смотрел, как он
  уходит по дороге вдоль моря.
   Когда он исчез из виду, я стал быстро собираться: взял плащ и шарф
  (погода выдалась мерзкая, этим утром морской бриз принес первое дыхание
  зимы). Сперва я взялся за ружье, но потом рассмеялся про себя. Какая
  польза от ружья в такой ситуации?
   Я запасся в чулане всем необходимым, остановился и посмотрел в
  последний раз на море и небо. Запах свежего