ичи Гринэдайн, находился почти на самой вершине
  холма. Это был один из тех огромных викторианских монстров, которые были
  построены разными там баронами еще на рубеже двух столетий. Многие из них
  превратились в наше время в обычные многоквартирные меблированные дома.
  Верти, задыхаясь от хлеставшего в его легкие через открытый рот морозного
  ветра, сообщил нам, что Ричи живет на верхнем, третьем этаже и показал на
  окна под самым скатом крыши, нависавшим над ними подобно брови
  человеческого глаза. А я напомнил Ричи о том, что он не дорассказал нам о
  том, что же случилось с мальчиком после этого.
   - Вернувшись однажды из школы где-то на третьей неделе ноября, он
  обнаружил, что Ричи было уже, оказывается, мало того, что он закупорил все
  окна и задернул все шторы. Он пошел дальше - теперь он уже занавесил все
  окна плотными шерстяными одеялами, крепко прибив их к рамам гвоздями.
  Зловоние, и без того очень сильное, стало теперь едва выносимым. Оно
  напоминало теперь резкий смрад от гниющих в большом количестве фруктов,
  начавших уже выделять ядовитые ферменты брожения.
   Где-то через неделю после этого Ричи приказал мальчику подогревать
  ему пиво на плите. Представляете? Маленький мальчик один на один в доме со
  своим отцом, который на глазах у него превращается в... превращается в
  нечто... трудно поддающееся описанию... Греет ему пиво и вынужден слушать
  потом, как это страшилище вливает