4 утра, вторник.
   Перерыв на завтрак.
   Холл и Висконски вместе с двумя или тремя другими мужчинами без
  особого аппетита жуют свои сандвичи, держа их черными от почти
  несмывающейся грязи руками. Грязь эту, глубоко въевшуюся в поры кожи,
  невозможно смыть сразу и до конца даже с помощью специальных
  сильнодействующих смывающих средств, которых на заводе предостаточно. Холл
  ест, поглядывая на конторку шефа, за стеклами которой Уорвик с аппетитом
  поглощает холодные гамбургеры, запивая их горячим кофе.
   - Рэй Апсон работать больше не хочет и отправился домой, - послышался
  голос Чарли Брочу.
   - Не может справиться с тошнотой? - спросил кто-то. - Меня тоже чуть
  не вырвало сначала.
   - Нет. Прежде, чем его вырвало, его сильно поранила крыса. Просто
  растерзала ему почти всю правую руку, пока удалось ее прибить.
   - Да ну! - удивился Холл, оторвав взгляд от Уорвика, которого
  пристально рассматривал до этого.
   - Да, - кивнул головой Брочу. - Я был с ним в одной паре и то, что я
  увидел, было одной из самых жутких вещей, которые доводилось видеть мне в
  жизни. Крыса выскочила из дыры в одном из этих ящиков, в которых свалена
  старая рабочая одежда. Тварь эта была, пожалуй, даже больше, чем кошка.
  Одним прыжком она намертво вцепилась ему в руку зубами и когтями и с
  остервенением принялась рвать мясо так, что только клочья полетели.
   - Господи!