ал Дэнис. - Ты что, никогда раньше не
  видел обезьяны?
   - Не называй своего брата кретином, - сказала Терри автоматически и
  принялась перебирать содержимое коробки с занавесками. Занавески оказались
  покрытыми склизкой плесенью, и она выронила их с криком отвращения.
   - Можно я возьму ее себе, папочка? - спросил Питер. Ему было девять
  лет.
   - Это по какому случаю? - заорал Дэнис. - Я ее нашел!
   - Дети, тише, - сказала Терри. - У меня начинает болеть голова.
   Хэл почти не слышал их. Обезьяна смотрела на него, сидя на руках у
  его старшего сына, и усмехалась давно знакомой ему усмешкой. Той самой
  усмешкой, которая неотступно преследовала его в ночных кошмарах, когда он
  был ребенком. Преследовала его до тех пор, пока он не...
   Снаружи поднялся порыв холодного ветра, и на мгновение бесплотные
  губы извлекли из старой проржавевшей водосточной трубы долгий, протяжный
  звук. Питер сделал шаг к отцу, напряженно переводя взгляд на утыканную
  гвоздями чердачную крышу.
   - Что это было, папочка? - спросил он после того, как звук перешел в
  слабое гортанное гудение.
   - Просто ветер, - сказал Хэл, все еще не отрывая взгляда от обезьяны.
  Тарелки, которые она держала в руках, не были круглыми и напоминали медные
  полумесяцы. Они застыли в абсолютной неподвижности на расстоянии около
  фута одна от другой. - Ветер может издавать звуки, но он не может пропеть
  мелодию, - добавил он автоматически.