нно это слово. Ореол обреченности, нависшей над ним,
  казался таким ощутимым, что Ричарду иногда неудержимо хотелось обнять его,
  прижать к себе, развеселить, сказать, что не все в жизни кончается плохо и
  не все хорошие люди умирают молодыми.
   Затем он вспомнил, как Роджер изо всей силы швырнул его "Волшебный
  шар" об асфальт, вспомнил, снова услышав треск разбившегося пластика и
  увидев, как вытекшая из шара "волшебная" жидкость - всего лишь вода -
  сбегает ручейком по тротуару. И тут же на эту картину наложилось
  изображение собранного по частям фургона Роджера с надписью на боку
  "Хагстром. Доставка грузов". Фургон срывался с осыпающейся пыльной скалы и
  падал, с негромким отвратительным скрежетом ударяясь капотом о камни. Не
  желая того, Ричард увидел, как лицо жены его брата превращается в месиво
  из крови и костей. Увидел, как Джон горит в обломках, кричит, начинает
  чернеть...
   Ни уверенности, ни надежды. От Джона всегда исходило ощущение
  ускользающего времени. И в конце концов время действительно от него
  ускользнуло.
   - Что все это может означать? - пробормотал Ричард, глядя на пустой
  экран.
   Как бы на этот вопрос ответил "Волшебный шар"? "Спросите позже"?
  "Результат не ясен"? Или "Наверняка"?
   Процессор снова загудел громче и теперь раньше, чем в первый раз,
  когда Ричард включил машину после полудня. Уже чувствовался горячий запах
  трансформатора,