ыли установлены и поплавки плавали
  по воде, он открывал одну банку пива для себя, одну для Хэла (который
  редко выпивал больше половины порции, которую вручал ему дядя Уилл, всегда
  с ритуальным предупреждением, что об этом ни в коем случае нельзя говорить
  тете Иде, так как "вы же знаете, она застрелит меня на месте, если узнает
  что я давал вам, мальчики, пиво") и оттаивал. Он рассказывал истории,
  отвечал на вопросы, подновлял наживку на крючке Хэла, когда в этом была
  необходимость. а лодка в это время медленно смещалась туда, куда ее несли
  ветер и слабое течение.
   - Почему ты никогда не плывешь на середину, дядя Уилл? - спросил
  однажды Хэл.
   - Посмотри сюда, - ответил дядя Уилл.
   Хэл посмотрел. Он увидел, как под его удочкой, синяя вода постепенно
  переходит в черную.
   - Ты смотришь в глубочайшую часть Кристального озера, - сказал дядя
  Уилл, корежа пустую жестянку из-под пива в одной руке н выбирая новую
  другой. - Футов сто в глубину. Старый студебеккер Амоса Каллигана где-то
  там внизу. Чертов дурак решил проехаться на нем по озеру в начале декабря,
  когда лед был еще не совсем крепким. Повезло ему, что хоть сам выбрался.
  Им никогда не достать старый студебеккер и даже не увидеть его до тех пор,
  пока не затрубит труба Страшного Суда. Самое глубокое место здесь. Здесь и
  самые большие рыбины, Хэл. Незачем плыть дальше. Давай-ка посмотрим на
  твоего червяка. Наматывай-ка леску.