лазами. "Проклятая мыльница идет прямо на дно".
   Механизм для спуска спасательной шлюпки достаточно прост, но со своей
  бестолковой нервозностью он умудрился запутать спусковые канаты со своей
  стороны. Лодка пролетела вниз шесть футов и повисла, причем нос оказался
  двумя футами ниже, чем корма.
   Я шел ему на помощь, когда он начал вопить. Ему удалось распутать
  узел, но одновременно его рука попала в блок. Жужжащая веревка дымилась на
  его ладони, сдирая кожу, и через мгновение он оказался за бортом.
   Я бросил вниз веревочную лестницу, быстро спустился к ней и отцепил
  лодку от провисших канатов. Затем я стал грести, когда-то я делал это ради
  удовольствия во время пребывания на дачах друзей, а сейчас я делал это
  ради спасения своей жизни. Я знал, что если мне не удастся отплыть
  достаточно далеко от места, где затонет "Каллас", то он утащит меня за
  собой.
   Через пять минут он ушел под воду. Мне не удалось полностью выплыть
  из зоны образования воронки. Мне пришлось бешено грести, чтобы хотя бы
  оставаться на одном месте. "Каллас" затонул очень быстро. За перила на
  носу корабля все еще цеплялись какие-то люди и жутко вопили. Они были
  похожи на стадо обезьян.
   Шторм усилился. Я потерял одно весло, но сумел сохранить второе. Ту
  ночь я провел как в бреду. Сначала я вычерпывал воду, а потом хватал весло
  и бешено греб до тех пор, пока нос не зарывался в очередную волну.
   Перед