ие другие отправились на небеса,
  в тамошнюю биржу безработных.
   Если это бомба, то без часового механизма - никакого тиканья из
  коробки не доносится. С виду обычная коробка, но с каким-то секретом. Но
  вообще-то сейчас пользуются пластиковой взрывчаткой. Поспокойнее штука,
  чем все эти часовые пружины.
   Реншо посмотрел на почтовый штемпель: Майами, 15 апреля. Отправлено
  пять дней назад. Бомба с часовым механизмом уже бы взорвалась в сейфе
  отеля.
   Значит, посылка отправлена из Майами. Его фамилия и адрес написаны
  этим угловатым почерком с обратным наклоном. На столе у бледного
  бизнесмена стояла фотография в рамке. На ней старая карга в платке, сама
  бледнее этого Ганса Морриса. Наискосок, через нижнюю часть фотографии тем
  же почерком надпись: "Привет от мамочки, лучшего поставщика идей твоей
  фирмы". Это что еще за идейка, мамочка? Набор "Убей сам"?
   Он сосредоточился и, сцепив руки, не шевелясь, разглядывал посылку.
  Лишние вопросы, например - откуда близкие Морриса узнали его адрес? - не
  волновали Реншо. Позже он задаст их Бэйтсу. Сейчас это неважно.
   Неожиданно и как бы рассеянно он достал из бумажника маленький
  пластмассовый календарь, засунул его под веревку, которой была обвязана
  коричневая бумага, и клейкую ленту - скотч отошел. Он немного подождал,
  наклонился, понюхал. Ничего, кроме картона, бумаги и веревки. Он походил
  вокруг столика, легко присел на