ое-то чуть заметное отличие все же было. Может быть,
  подумал Ричард, разница в отцовстве. А может, в глазах Джона просто нет
  этого настороженного выражения, усиливаемого очками с толстыми стеклами.
  (Ричард заметил, что вместо уродливых очков в штампованной пластиковой
  оправе, которые Роджер всегда покупал ему, потому что они стоили на 15
  долларов дешевле, Джон носил теперь другие - с изящными тонкими дужками.)
   А может быть, дело еще проще: он перестал выглядеть обреченно.
   - Джон? - хрипло спросил он, успев подумать: неужели ему нужно было
  что-то еще? Было? Глупо, но он хотел тогда чего-то еще. Видимо, людям
  всегда что-то нужно. - Джон? Это ты?
   - А кто же еще? - Сын мотнул головой в сторону текст-процессора. -
  Тебя не поранило, когда эта штука отправилась в свой компьютерный рай,
  нет?
   - Нет. Все в порядке.
   Джон кивнул.
   - Жаль, что он так и не заработал. Не знаю, что на меня нашло, когда
  я монтировал его из этого хлама. - Он покачал головой. - Честное слово, не
  знаю. Словно меня что-то заставило. Ерунда какая-то.
   - Может быть, - сказал Ричард, встав и обняв сына за плечи, - в
  следующий раз у тебя получится лучше.
   - Может. А может, я попробую что-нибудь другое.
   - Тоже неплохо.
   - Мама сказала, что приготовила тебе какао, если хочешь.
   - Хочу, - сказал Ричард, и они вдвоем направились к дому, в который
  никто никогда не приносил замороженную