айн находится большой общественный пляж и там этот молодой
  изобретательный человек набирал за день долларов, может быть, по пять,
  просеивая через сетку песок и выискивая в нем десяти или
  двадцатипятицентовые монетки, вывалившиеся из карманов отдыхающих. Каждый
  раз, в своем воображении, я пытаюсь подойти к нему и каждый раз он
  испуганно шарахается в сторону и пытается затеряться в шумной толпе
  беспечных пляжников, приезжающих сюда на Кадиллаках и разгульно-бестолково
  сорящих деньгами. Думаю, что он жил в этой небольшой деревушке, что
  находится в полумиле отсюда, рядом с почтой.
   В тот вечер, когда я увидел его, я, как всегда, неподвижно сидел на
  своей веранде и смотрел на залив. В тот день я никого уже не ждал к себе и
  снял уже повязки с кистей раньше, чем обычно. Зуд в пальцах был тогда
  особенно нестерпимым, но он всегда исчезал сразу же после того, как я
  снимал бинты и освобождал таким образом глаза на концах моих пальцев.
   Ощущение это несравнимо ни с какими другими - я чувствовал себя неким
  каналом, через который кто-то наблюдал окружающий меня мир и выплескивал
  на него свою ненависть. Но главная беда была в том, что я сам как бы
  втягивался в этот канал зла и черной ненависти.
   Представьте себе, хотя бы на несколько секунд, что ваше сознание
  отделено какими-то силами от вашего тела и помещено в тело мухи. И вот вы
  (не ваше тело, не ваши